История исследований Великой Абхазской стены началась более полутора столетий назад. Упоминание о Великой Абхазской стене есть и в труде швейцарского путешественника и этнографа Фредерика Дюбуа де Монпере.

Часть башен Великой Абхазской стены на Мачарском и Приморском участках описала русский ученый, историк и археолог, графиня Прасковья Уварова. В советское время исследование Великой Абхазской стены продолжил краевед Иосиф Адзинба. Ему впервые довелось пройти значительную часть, как он считал, линии обороны стены от Келасура до Ингура. В своей статье “Десять дней вдоль Великой Абхазской стены” Адзинба описал не только приблизительное направление и села, через которые проходила стена, но также и исторические памятники, расположенные в непосредственной близости. На сегодняшний день установлено, что большая часть из них не имеет отношения к Великой стене – в первую очередь не совпадает архитектурный стиль построек и время их создания.

В семидесятых годах XX века историк и археолог Юрий Воронов прошел вдоль Великой Абхазской стены от Келасура до Ткуарчала, замеряя расстояние между башнями шагомером. Свои изыскания он опубликовал в 1973 году в статье, на основе которой проходит и сегодняшнее археологическое исследование.

Осенью 2019 года в селе Хяцха шли археологические раскопки. Это первые масштабные работы, которые проводились в Галском районе не только в послевоенное время, но и за всю историю изучения археологии Абхазии.

Об остатках древней стены в селе Хяцха стало известно в 2017 году, археологи обмеряли ее, зафиксировали ее на протяжении почти 300 м между двумя холмами. Неизвестный ранее объект заинтересовал ученых тем, что кладка стены – булыжники на известковом растворе – похожа на кладку Великой Абхазской стены, которую группа ученых исследуют с лета прошлого года. Два года назад были заложены два пробных шурфа, но полноценные раскопки начались только сейчас.

Исследование Великой Абхазской стены проходит при финансовой поддержке фонда «Амшра». Годовой проект завершился в июне 2020. На предыдущем этапе экспедиторы обошли все известные из научной литературы башни, занесли их на GPS-карту для дальнейшего сравнения и изучения.

Ученым известно, что в Галском районе много неизученных объектов. В Хяцхе, на холмах называемых Глаза Губаза, археологи надеялись найти характерные археологические материалы, которые можно будет датировать, а затем подтвердить или опровергнуть связь этих башен с Великой Абхазской стеной (ВАС).

Великая Абхазская стена (Келасурская) — самое масштабное фортификационное сооружение Кавказа, ее длина составляет около 160 километров. Сооружение начинается на левом берегу устья реки Келасур и по предгорью, через Мярхаул и ряду сел подходит к Ткуарчалу. Там мнения о ее дальнейшем расположении расходятся, возможно, стена спускается к устью реки Ингур.

Раскопки, которые проводила группа молодых ученых во главе с младшим научным сотрудником АбИГИ Шандором Кайтаном, также запланированы в селе Махунджия Галского района, где сохранились остатки башни над обрывом. В ней были найдены осколки керамических изделий, обнаруженных и на других объектах ВАС. Раскопки будут проводиться в других районах Абхазии – в селе Джгярда и Мархяул.

В начале раскопок сотрудник Абхазского Института гуманитарных исследований и музея Боевой Славы Дмитрий Счастный рассказал, что они надеются раскопать «что-то неопровержимое, что-то, что поддается точной датировке. По крайне мере, надо найти такую же керамику, которую мы стали находить с 2018 года. Если мы найдем такую керамику – а по времени она сопоставима с Замком Баграта в Сухуме – (11-13 век), со слоями в Анакопийской крепости, – то мы сможем однозначно говорить, что в это время здесь что-то происходило, что этот памятник использовался параллельно».

Ожидания археологов оправдались, масштаб находок превысил все ожидания.

«Обнаруженные при помощи местных жителей стены позволяют говорить о том, что в этом месте располагалось крупное крепостное укрепление, – рассказывает руководитель экспедиции Шандор Кайтан. – Остатки стен расходятся в разные стороны, но где они смыкаются дальше, предстоит выяснить. Но одно можно сказать точно: по площади обнаруженное укрепление является самым большим в Галском районе. Если удастся обнаружить, куда идут остальные стены, будем делать другие выводы».

По словам ученого, не удалось нигде в литературе найти плана этой крепости. Есть только упоминание в тексте у Иосифа Адзинба, который называет ее «Куатаниа сурки» – владения рода Куатания, возникшее, скорее всего, гораздо позже. Возможно, есть упоминание и в материалах Воронова.

arkh«Ожидания более, чем оправдались – мы приехали исследовать одну стену, которая тянется по хребту, а узнали, что здесь была крупная крепость, – добавляет Дмитрий Счастный, сотрудник АбИГИ и музея Боевой Славы. – Мы копаем в первый раз в Гале, впервые здесь идут такие исследования. Мы собрали много разнообразных видов строительной керамики, что указывает на то, что здесь были не только башни, но и административные здания и помещения. Во всех сделанных нами шурфах были находки – разрозненные на поверхности, на глубине более полуметра – более-менее целые предметы – три пифоса, захоронения».

«Я, как археолог, очень доволен итогами, нам удалось обнаружить богатые артефакты, для нас это – осколки керамики, человеческие останки, – продолжает Дмитрий Авидзба, младший научный сотрудник АбИГИ. – На поверхности нашли лезвие, какого времени пока непонятно. Углубились на 1,5-2 м – нашли костные останки, еще ниже – останки скелета. У изголовья нашли керамический обожженный сосуд, а также останки головы животного, предварительно кабана. Это, скорее всего, обрядовое захоронение. Все найденные находки мы засвидетельствовали, и именно они для нас на вес золота».Археологи с сожалением отмечают, что многие находки безвозвратно утеряны из-за варварского отношения к памятнику. В советское время на холмах был разбит цитрусовый совхоз, вся округа была террасирована под посадки, и все ценные артефакты в верхних слоях перемешены настолько, что сейчас невозможно сказать, к какому именно времени они относятся. Да и черные копатели за все предыдущие года здесь уже не раз побывали.

«Перед советским сельским хозяйством стоял план, и ничто их не останавливало. Да и местные жители не интересовались, не знали о ценностях, что скрываются в земле, – говорит Дмитрий Авидзба. – Сегодня мы имеем дело с последствиями, но, в то же время, это показатель того, что территория не исследованная, а нетронутые объекты – это Клондайк для археолога. Мы обязательно еще вернемся сюда».

Пока можно говорить об архитектуре сооружения, план которого будет создан уже после работы в отделе археологии АбИГИ.

«Площадь обнаруженного крепостного сооружения, можно сказать, городища – весьма внушительна, – поясняет Дмитрий Счастный. – Сама стена тянется на 300 метров, устройство рельефа повторяет принцип Анакопийской, Герзеульской крепостей, Апсилийского Цибилиума: на самом верху находится главный центр – крепостное сооружение, внутри него деревянные постройки – возможно, казармы. Внутри огороженного периметра находится по крайней мере один действующий источник воды, в случае оккупации жители были обеспечены водой. Этот источник жив и сегодня. Ниже крепостной стены находилось основное поселение, там же должен быть могильник. То есть мы можем говорить, что это был ограниченный самодостаточный комплекс, который функционировал в период средневековья».

IMG 1072 min«Обряд погребения, пифосы, строительная керамика – эти отдельные элементы содержат признаки, которые содержатся в другой части Абхазии – в Келасурской крепости, Замке Баграта в Сухуме, в Анакопийской крепости, – поясняет археолог. – Похожие техники изготовления керамических предметов мы встречаем и там. Можем предполагать, что они существовали в один период времени – раньше или позже, но преемственность была. Видно, что проживала единая культурная общность, объединенная разными видами связи».

Надо отметить, что этот проект по исследованию самого масштабного фортификационного сооружения Кавказа – исключительно абхазский, хотя этим летом состоялось несколько совместных российско-абхазских археологических экспедиций.

«Вообще, размеры Великой абхазской стены всегда останавливали исследователей, ее масштаб пугает многих. Наш проект масштабный, охватывает несколько районов, но это всего лишь малая часть того, что нужно сделать, чтобы ответить на вопросы кем и для чего была построена эта стена. – рассказывает Шандор Кайтан. – Наша цель – описать сегодняшнее состояние памятника, потому что последние сведения о нем – это работы 70-х годов Юрия Воронова. Многие башни, описанные им, уже утрачены навсегда, в силу природных явлений или деятельности человека. Этот памятник нуждается в охране, поддержке, пока не поздно, его надо зафиксировать и изучить. Потому что ответа на главный вопрос – когда и кем построена эта стена пока нет».

Такие раскопки – это первый шаг на долгом пути изучения памятника истории и археологии страны. У него большие перспективы, если изыскать средства для того, чтобы под руководством археологов очистить территорию, открыть стены, проложить и маркировать маршрут. При таком комплексном подходе очевидна выгода и района, и страны. Многие страны мира живут за счет дохода от посещения древних памятников, которые являются достоянием мировой истории. Обнаруженная в Хяцхе крепость может стать одним из них.

В ближайший месяц археологов ждет кропотливая камеральная работа по обработке материала – описание, классификация, консультации с коллегами, изучение литературы. Это работа не менее важная, чем непосредственно раскопки, поэтому ученые не спешат с выводами. Их оценки в датировке найденных материалов очень осторожны. Все, что они могут сказать – это обозначить период функционирования крепости – 7-14 века. Более точные ответы археологи готовы дать по окончанию проекта летом 2020 года.

IMG 1094 min